27 февраля 2002 года, среда
В номере:
- Редакторская колонка
- Еще одна примета весны…
- Ба! Какие люди и без конвоя, т.е. сопровождения…
- «Вернуть казне развеянные гривни»
Редакторская колонка
Вот и перезимовали — завтра последний день зимы! Весна — ей радуются все. Коты орут и днем и ночью, дерутся и носятся гурьбой — в мае родятся хорошие котята.
Почуяв весну и приближающиеся выборы, по городу, аки боевые коты, носятся депутаты (еще пять недель депутаты) нынешнего горсовета и они же (в том числе) кандидаты в будущий горсовет XXIV созыва.
Самыми активными (круглый год, в любое время суток) являются, конечно, члены так называемого «Союза предпринимателей» и так называемого клуба депутатов и избирателей «Справедливость» (далее «клуб»), возглавляемых известным «папой вора» Населенко.
О том, что происходит вэтом самом «клубе», горожане периодически узнают из сообщений члена Русской общины Крыма В. Артамонова. Последний работает в должности грузчика грязи в грязелечебнице «Мойнаки», в конце дня, напрасно смыв с себя грязь, идет к «папе вора» Населенко, в его «клуб» слушать о «справедливости». Услышанным и увиденным Артамонов радостно делится с евпаторийцами.
В связи с этим возникает вопрос к редакции «Евпаторийской здравницы» — взималась ли с Артамонова или же с «папы вора» Населенко стоимость этих самых рекламных материалов на первой странице «ЕЗ» из расчета 1 кв. см — 3,60 грн.?
Мы полагаем, что и «папа вора» Населенко, и его друг Артамонов обязаны оплачивать рекламу своего «клуба», а редакция «Евпаторийской здравницы» — уплачивать с полученного дохода налог. Или не так?
Два молодых человека, я имею в виду автора сценария и кинооператора «кина» о Коляне, «подхалтурили», немного поправив своё материаль ное положение, и к ним какие могут быть вопросы? Люди отработали гонорар. Сделали именно так, как и просил Котляревский Н.Н. «Кино» получилось какое-то однобокое, плоское. Для того, чтобы его («кино») оживить, сделать более соответствующим существующим и существовавшим реалиям, придется привести несколько моментов, которые остались за кадром, которые никто не вырезал — о них Котляревский умолчал. Об этих существенных эпизодах, деталях не было известно ни кинооператорам, ни гражданам старшего поколения, для которых, как я уже указывал, и задумывалось «кино».